Культурный фронт и электронная книга

За последние годы книжный рынок в России заметно изменился. Чтобы понять масштаб, стоит обратиться к цифрам.

В 2024 году в стране было продано около 233 млн бумажных книг и порядка 30–60 млн электронных. В пересчете на душу населения это составляет 1.6 и 0.2–0.4 книги соответственно.

При этом важно учитывать, что в печатной статистике фигурируют все виды литературы, включая детскую, учебную и справочную. На фантастику и приключения же приходится лишь 14–21 млн, то есть менее 10%. В электронном же сегменте ситуация диаметрально противоположная: доля фантастики и приключений около 90%.

Для наглядности сравним показатели с американским рынком. В США в 2024 году было продано 783 млн бумажных книг и 90–130 млн электронных. В пересчете на душу населения это дает 2.3 и 0.2–0.4 книги соответственно.

Да, по «бумаге» на душу населения мы уступаем, но в пределах объяснимой разницы масштабов. А вот в электронных книгах Россия фактически идет вровень с крупнейшим рынком мира.

Количественно.

Если же взглянуть на плоскость качества, то и тут все хорошо.

Да, электронную литературу принято ругать за качество. Это модно, стильно, молодежно. И это имеет определенные основания. Однако она оказалась достаточно качественной, чтобы выбить из русскоязычного сегмента Интернета иностранную литературу. Не полностью, нет. Просто уменьшив ее присутствие до разумной доли.

Это обстоятельство — явный и объективный признак качества. В противном случае иностранные бренды, за которыми стоит сильная традиция литературных агентов, умело лоббирующих своих авторов, на этом участке наших писателей просто бы раздавили и уничтожили. Что мы и наблюдаем в бумаге, где местами доля иностранной литературы неприлично высока.

Эти цифры демонстрируют важный факт: электронная литература в русскоязычном сегменте Интернета не только окрепла, но и решительно потеснила традиционно доминирующие тексты.

Впрочем, сильный рынок — это не безоблачное пространство. У электронного рынка есть системные проблемы. Выделим три из них.

Прежде всего — пиратство.

Сегодня в России электронные книги регулярно покупают около 1,5 млн человек. Это те самые читатели, которые обеспечивают ежегодные 30–60 млн продаж. Но параллельно существуют и 15–20 млн пиратов, которые читают с сопоставимой активностью. Что позволяет оценить электронный «пиратский рынок» в 300–800 млн копий ежегодно.

Масштабно, но в этом нет ничего удивительного — в наши дни читают много, кто бы что ни говорил. Но не «бумагу», которую при таком объеме чтения просто негде складывать. Мало кто может себе позволить накапливать в квартире по 50 томов в год. К тому же бумажная книга еще и стоит чрезмерно.

Современные книжные пираты делятся на две группы:

1. Те, кто не может покупать книги по финансовым причинам.
2. Те, кто принципиально не считает нужным платить.

Для первой группы логичным шагом могла бы стать благотворительная электронная библиотека. С доступом к полноценному чтению, но без возможности скачать, и авторизацией через Госуслуги, как мера социальной поддержки для малоимущих и нуждающихся.

Вторая группа требует другого подхода.

Охота за отдельными нарушителями бессмысленна — это максимум «имитация бурной деятельности», с помощью которой устойчивого результата не достигнуть. Необходимо давление на инфраструктуру распространения. Ведь у любого пиратского ресурса есть конкретные владельцы и сотрудники администрации, которые считают себя неуязвимыми. Поэтому очень важно привлечение к этому вопросу спецслужб с целью вывоза подозреваемых в Россию для отдачи их под суд, что могло бы кардинально изменить ситуацию. Просто за счет устранения флера безнаказанности.

Второй системной проблемой электронного рынка является монополизация. Независимо от того, кто именно занимает доминирующую позицию, ощущения у авторов одинаковые: монополия неизбежно ведет к снижению качества сервиса, росту непрозрачности решений и закисанию развития отрасли. В подобных условиях любое техническое недоразумение воспринимается как давление, а любая ошибка — как намеренная политика.

Чем это опасно?

Стремлением наших авторов уйти из-под юрисдикции России после получения опыта/навыков. Получится у них или нет — неизвестно, но риски «утечки мозгов» повышаются, и сильно. Да они уже сейчас в полный рост наблюдаются: приличная часть наших авторов физически находится в той же Белоруссии или еще где.

Чтобы купировать этот процесс и как минимум сохранить сложившуюся ситуацию успеха нашей электронной литературы, важно добиться устранения этой угрозы. Путем раздела рынка между несколькими независимыми и активно конкурирующими игроками, не допуская критического усиления никого из них.

Третья системная проблема — правовой вакуум.

В современной России все еще отсутствует юридическое понятие «электронная книга», да и профессии «писатель» до последнего времени не существовало. Целая отрасль по факту есть, но для правового поля ее нет.

Но тут есть важная тонкость.

Экосистема выросла снизу, инновационно, без жесткой вертикали. Она держится на энтузиазме авторов и отчасти платформ. Поэтому резкое вмешательство, особенно без учета специфики, способно разрушить то, что уже создано. Возможно, безвозвратно.

В завершение мне хотелось бы сказать немного о поддержке со стороны государства. На текущий момент ее нет. Причина проста: массовая фантастика традиционно воспринимается как нечто второстепенное, а электронная фантастика — тем более. 

Однако сегодня именно такая фантастика формирует ядро читательской активности в России и представляет собой магистральный культурный сегмент, связанный с литературой.

Как ее можно было бы поддержать?

• Содействием развитию личных брендов авторов. Приглашением на публичные мероприятия, через это повышается узнаваемость. Начиная с банальных встреч в региональных библиотеках и заканчивая федеральными каналами. Чем шире и больше, тем лучше.
• Бумажным изданием удачных серий для библиотек. В России свыше 40 тысяч библиотек — это огромный канал влияния. В особенности в регионах, где степень цифровизации меньше, чем в мегаполисах. И, как следствие, вовлечение в электронное чтение ниже.
• Продвижением за рубежом. Переводы, участие в международных ярмарках, включение в программы культурной дипломатии.
• Игры, экранизации и анимационные проекты. Фантастика отлично работает в визуальных форматах — это мощный способ продвижения смыслов.

Главная цель такой поддержки не столько помощь авторам сетевой литературы, сколько использование их для развития образа России через формирование потока отечественных брендов.

Зачем?

Все банально. Если международные СМИ можно относительно безболезненно заблокировать, то культуру — нет. Книги продолжают жить, читаться, распространяться. Более того, запреты только усиливают их привлекательность. Внутри страны, к слову, тоже лучше ничего не запрещать, а замещать восходящим потоком более продуктивных и полезных смыслов/текстов. Просто гася продвижение вредных книг, держа в уме, что любой запрет действует как красная тряпка и отправляет молодежь читать запрещенное.

P. S. Во всем этом деле нужно не выбирать «нескольких избранных», держась за них, а последовательно выводить вперед все новые и новые имена, формируя непрерывную волну культурного присутствия России и в мире. Чтобы она давила пусть и не слишком сильно, дабы не порождать агрессивного противодействия, но постоянно. Чтобы получалось как в знаменитом припеве — «Эту песню не задушишь, не убьешь».

Оцените нашу статью